Russian English
(495) 748-54-54
(495) 766-10-26


Заказать консультацию


 

 

  • Facebook
  • Twitter
  • Vkontakte

 

Установление факта родственных отношений

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 апреля 2014 года Преображенский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Новиковой О.А., при секретаре Суровицких С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-300/14 по иску ФИО7 к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, об установлении факта родственных отношений, признания отцовства, прекращении права собственности ответчиков, признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО7 обратилась в суд с уточненными исковыми требованиями к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы,ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, об установлении факта родственных отношений между истцом и её умершим отцом - ФИО5, установлении факта родственных отношений между истцом и умершей сестрой ФИО6, прекращении права собственности ответчика ФИО1 на 1/3 долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Москва, <адрес> (далее спорная квартира), прекращении права собственности ответчика ФИО2 на 1/3 долю в праве собственности на спорную квартиру, прекращении права собственности ответчика ФИО3 на 1/6 долю в праве собственности на спорную квартиру, прекращении права собственности ответчика ФИО4 на 1/6 долю в праве собственности на спорную квартиру, и признании права собственности на спорную квартиру за истцом в порядке наследования по закону.

В обоснование своих требований истец указала, что она является родной дочерью умершего ФИО5, и единокровной сестрой умершей ФИО6. Отец истца (ФИО5) состоял с ДД.ММ.ГГГГ года в фактических брачных отношениях с матерью истца – ФИО23 Истец родилась ДД.ММ.ГГГГ. Юридический факт семейных отношений между матерью и отцом, как и факт отцовства, удостоверен не был. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер. ДД.ММ.ГГГГ умерла сестра истца – ФИО6, единственным наследником которой является истец.

ФИО7 утверждает также, что ФИО5 проживал с ее матерью ФИО23 в период с ДД.ММ.ГГГГ года до ДД.ММ.ГГГГ года, до момента отъезда ФИО5в Москву на постоянное место жительства. ФИО5 и ФИО23 вели совместное хозяйство, ФИО5 признавал истца своей дочерью, воспитывал и содержал;ФИО8 также признавала ФИО7 своей сестрой, общалась с ней. Умершей ФИО6 принадлежала на праве собственности спорная квартира, которая, по мнению истца, должна быть передана ей, как единственной наследнице по закону второй очереди.

Однако, как указывает истец, ДД.ММ.ГГГГ истец из выписки из ЕГРП на спорную квартиру, узнала, что собственниками данного недвижимого имущества являются ответчики (наследники последующей очереди, в том числе по праву представления), в связи с чем истцом и заявлены требования о прекращении прав собственности последних на спорную квартиру.

Истец ФИО7 в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала в полном объеме, доводы изложенные в иске поддержала, просила уточненный иск удовлетворить.

Представители истца – ФИО11, ФИО12 в судебное заседание явились, заявленные требования также поддержали, указывая на то, что ФИО5являлся отцом ФИО7, признавал себя таковым и, следовательно, ФИО7 является родной сестрой ФИО6 и наследником к её имуществу.

После объявленного в судебном заседании перерыва истец и её представители не явились, через экспедицию суда поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела. Данное ходатайство судом было отклонено, поскольку доказательств уважительности причин неявки истца и её представителей представлено не было.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО13, действующий на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал, ссылаясь на то обстоятельство, что истец не является дочерью ФИО5, а следовательно, не является родственником (сестрой)ФИО6, и не имеет наследственных прав к ее имуществу.

Представитель ответчиков ФИО3 и ФИО4, - ФИО14 действующая на основании доверенностей, в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала, по основаниям, аналогичным заявленным представителем ответчика ФИО2

Ответчик ФИО1 в судебное заседание явилась, против удовлетворения заявленных требований возражала.

Ответчик Департамент жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы в судебное заседание явку своего представителя не обеспечил, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Третье лицо - нотариус ФИО15 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещалась надлежащим образом.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Учитывая, что данное гражданское дело длительное время находится в производстве суда, суд считает, что неявка истца, в отсутствие оправдательных документов, подтверждающих уважительность причин неявки, не может нарушать право других участников судебного процесса на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, закрепленное ст. 6.1. ГПК РФ и ст. 6 Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод». При этом, суд учитывает, что ранее ФИО7 и её представители в судебных заседаниях участвовали, давали свои объяснения, представляли доказательства, заявляли процессуальные ходатайства, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что в условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав, неявку истца в судебное заседание нельзя расценивать как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

Учитывая мнение явившихся участников процесса, дело рассмотрено судом при данной явке.

Суд, выслушав доводы участников процесса, огласив показания свидетелей, исследовав письменные материалы данного гражданского дела, приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО6. В наследственную массу после её смерти включена квартира, расположенная по адресу: Москва, <адрес>.

Наследниками по закону к имуществу умершей были призваны ответчики: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, которым были в установленном законом порядке выданы свидетельства о праве на наследство на доли в праве собственности на спорную квартиру.

Умершая ФИО6 являлась дочерью ФИО5, умершего ранее – ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО7 родилась ДД.ММ.ГГГГ.

На момент рассмотрения дела в органах записи актов гражданского состояния отсутствуют сведения о браке между ФИО5 и ФИО23 (матерью истца). ФИО5 в качестве отца ФИО7 в акте записи о её рождении не значиться.

При рассмотрении вопроса о том, какое законодательство подлежит применению к спорным правоотношениям, суд, с учетом моментов возникновения юридически значимых для дела обстоятельств, приходит к выводу о том, что в части требований о признании факта родственных отношений между умершим ФИО5 и истцом применению подлежит Закон СССР от 27.06.1968 N 2834-VII "Об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье", в остальной части требований – действующее законодательство Российской Федерации.

Данный вывод суда основан на обязательных к применению разъяснениях, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.10.1996 N 9(ред. от 06.02.2007) «О применении судами Семейного кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов", согласно п. 1 которого, по делам об установлении отцовства, оспаривании отцовства (материнства), о взыскании алиментов суду при разрешении заявленных требований следует исходить из времени возникновения правоотношений сторон и правил введения Семейного кодекса РФ в действие. При этом необходимо учитывать, что в соответствии со ст. 169 СК РФ нормы этого Кодекса применяются к семейным отношениям, возникшим после введения его в действие.

В соответствии со ст. 3 Закон СССР от 27.06.1968 N 2834-VII "Об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье" в отношении детей, родившихся до введения в действие Основ от лиц, не состоящих в браке между собой, отцовство может быть установлено по совместному заявлению матери ребенка и лица, признающего себя отцом ребенка. В случае смерти лица, на иждивении которого находился ребенок и которое признавало себя отцом ребенка, факт признания им отцовства может быть установлен в судебном порядке. На основании совместного заявления родителей или решения суда об установлении факта признания отцовства производится соответствующая регистрация в органах записи актов гражданского состояния с внесением записи об отце в свидетельство о рождении ребенка.

Согласно п. 4 указанного выше Постановления Пленума в отношении детей, родившихся до 1 октября 1968 г. от лиц, не состоявших в браке между собой, суд вправе установить факт признания отцовства в случае смерти лица, которое признавало себя отцом ребенка, при условии, что ребенок находился на иждивении этого лица к моменту его смерти либо ранее (ст. 3 Закона об утверждении Основ законодательства Союза ССР и Союзных республик о браке и семье, ст. 9 Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 октября 1969 г.).

Учитывая объяснения стороны истца, согласно которым, заявляя требование о признании факта родственных отношений между истцом и умершим ФИО5, истец предполагает также и установление в рамках данного требования факта признания отцовства ФИО5, суд, руководствуясь ст. 196 ГПК РФ, исходя из установленных по делу обстоятельств и правоотношений сторон, находит возможным рассмотреть дело по существу в этой части требований.

При этом суд отмечает, что поскольку единственным способом установления отцовства в настоящем споре является установление факта признания отцовства умершим ФИО5, постольку именно этот факт и подлежит доказыванию, по правилам определенным ст. 3 Закон СССР от 27.06.1968 N 2834-VII.

Обстоятельствами, подлежащими установлению в соответствии со ст. 3 Закон СССР от 27.06.1968 N 2834-VII является факт нахождения истца на иждивении умершего ФИО5 в период до наступления совершеннолетия, а также признания ФИО5 факта своего отцовства.

Согласно представленному в материалах дела ответу администрации <адрес>, в похозяйственной книге за ДД.ММ.ГГГГ колхоза «<данные изъяты>» ФИО5 указан в составе семьи ФИО16, на ДД.ММ.ГГГГ год в РККА, на ДД.ММ.ГГГГ – прибыл, на ДД.ММ.ГГГГ – выбыл.

Согласно показаниям допрошенного свидетеля со стороны истца - соседки ФИО17, мать истца - ФИО23 жила некоторое время на квартире у семьи ФИО9. Свидетель также показала, что в это время ФИО23 родила дочь, по селу ходили слухи, что это дочь ФИО5 Ни сам ФИО5, ни ФИО23свидетелю об отцовстве ФИО5 не сообщали. ФИО5 с истцом вместе свидетель не видела.

Свидетель ФИО18 показала, что со слов умершей ФИО6, истец доводилась ей родной сестрой, они общались, созванивались, обменивались посылками.

Свидетель ФИО19 показала, что она приходиться истцу троюродной сестрой. Со слов ФИО6 и отца свидетеля ФИО20 (двоюродного братаФИО5) свидетелю известно, что истец является родной дочерью ФИО5 Также со слов своего отца свидетелю известно, что ФИО5 помогал истцу материально.

Свидетель ФИО22 дала показания аналогичные показаниям свидетеля ФИО19

Свидетель со стороны ответчика ФИО10, являющаяся односельчанкой умершего ФИО5 и ФИО23, показала, что никогда не видела ФИО5 иФИО23 проживающими вместе, ведущими совместное хозяйство, также никогда не видела, чтобы они уединялись. Истца свидетель знает, но кто является ее отцом свидетелю не известно. Свидетель также никогда не слышала, чтобы ФИО5 признавал ФИО7 своей дочерью или иным образом подтверждал родственные отношения с ней.

Свидетели ФИО24, ФИО25 дали аналогичные ФИО10 показания.

Не доверять показаниям данных свидетелей у суда оснований не имеется, свидетели прямо или косвенно в исходе дела не заинтересованы, неприязненных отношений они к сторонам не испытывают. Вместе с тем, поскольку показания свидетелей являются противоречивыми или основаны на обстоятельствах, ставших известным им со слов других лиц, такие показания не могут быть положены в основу вывода об установлении юридически значимых обстоятельств.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается в качестве оснований своих требований или возражений.

Указанное выше предполагает, что бремя доказывания юридически значимых для дела обстоятельств: признания ФИО5 отцовства и факта нахождения истца на иждивении ФИО5 в какой-либо период времени до своего совершеннолетия, лежит на истце.

Вместе с тем, истцом не представлено каких-либо документальных доказательств того, что ФИО5 и ФИО23 действительно вели совместное хозяйство, что истец находилась на иждивении ФИО5, получала от него какую-либо материальную помощь (содержание) и т.п.

Показания свидетеля ФИО26 в этой части основаны не на уведенном ею лично, а на услышанных из неустановленных источников разговоров, а также на субъективном восприятии косвенных признаков самим свидетелем. Вместе с тем, последовательные и непротиворечивые показания свидетелей ФИО24, ФИО25 ФИО10 подтверждают факт отсутствия ведения совместного хозяйства ФИО5 и ФИО23 Указанное также подтверждается и представленной в материалах дела архивной справкой, согласно которой ФИО5 в юридически значимый период самостоятельного хозяйства вообще не вел, а в период ДД.ММ.ГГГГ год, ФИО23 в одном с ним жилом доме не проживала.

Аналогично, суд не может принять во внимание и показания свидетелей со стороны истца в части подтверждения признания отцовства ФИО5 в отношении ФИО7, поскольку сами свидетелей таких подтверждений не слышали, а полученные ими сведения от третьих лиц надлежащими доказательствами по делу не являются.

Иных доказательств признания ФИО5 отцовства в отношении ФИО7, в том числе писем, совместных фотографий, иных письменных доказательств в материалах дела не представлено.

Представленные в материалах дела совместные фотографии свидетелей и умершей ФИО6 свидетельствуют о наличии отношений между указанными свидетелями и ФИО6, однако, не подтверждают указанные выше юридически значимые обстоятельства. Более того, сам по себе факт признания ФИО6 родственных отношений с истцом правового значения для дела не имеет. Фотографии умершего ФИО5 среди своих коллег, а также портреты, фотографии с похорон, также не подтверждают указанные обстоятельства.

Вместе с тем, суд отдельно отмечает, что в материалах дела отсутствуют совместные фотографии ФИО5 и истца ФИО7, равно как отсутствуют такие фотографии с матерью истца.

Из объяснений ответчиков, родственные отношения которых с ФИО5 подтверждены документально, следует, что ФИО7 не являлась дочерьюФИО5 и он её таковой не признавал. Данные объяснения в силу ст. 55 ГПК РФ являются самостоятельным средством доказывания по делу и подтверждаются иными собранными по делу доказательствами. Между тем, объяснения ФИО7 о том, что её отец – ФИО5 умер в результате самоубийства из-за того, что его супруга (мать ФИО6) не разрешила ему оформить свое отцовство в отношении ФИО21, ничем объективным не подтверждены.

Рассматривая представленные в материалах дела доказательства в их совокупности, принимая во внимание юридически значимый период (ДД.ММ.ГГГГ.) суд не может не отметить, что в связи с прошествием с момента событий, на которые ссылается истец, значительного периода времени (более полувека), доказательства обстоятельств иждивения и признания отцовства, представляемые истцом, должны быть достаточны, последовательны, непротиворечивы.

В целях исключения вероятности судебной ошибки, суд не может при рассмотрении указанных вопросов руководствоваться предположениями, домыслами, пересказами третьих лиц. У суда должны отсутствовать всякие сомнения в доказанности данных обстоятельств. В рамках настоящего дела, таких прямых и достаточных доказательств стороной истца не представлено.

При этом суд учитывает, что назначение по делу судебной генетической экспертизы, о которой просили представители истца, не могло восполнить отсутствие необходимых доказательств, поскольку независимо от выводов такой экспертизы, она не могла подтвердить ни факт признания отцовства (как субъективное отношение умершего ФИО5 к истцу), ни факт нахождения истца на его иждивении.

Суд также отмечает, что необходимая для проведения такой экспертизы эксгумация останков является действием, нарушающим традиционно уважительное в Российской Федерации отношение к останкам умерших, и должна быть в силу этого, основываться на реальной и подтвержденной необходимости. Кроме того, такое процессуальное действие как эксгумация ГПК РФ не предусматривает.

Учитывая изложенное, суд отказывает истцу в признании факта родственных отношений (отцовства) между ней и ФИО5, поскольку не доказан ни факт признания отцовства ФИО5, ни факт нахождения истца на иждивении ФИО5

Иные исковые требования также не подлежат удовлетворению, поскольку, по своей сути, являются производными от требований о признании отцовства. Так, не установив отцовства ФИО5 в отношении истца, отсутствуют основания для признания умершей ФИО6 сестрой истца.

Как следствие, отсутствуют основания для признания истца наследником к имуществу умершей ФИО6, прекращении прав собственности на спорное имущество ответчиков, признании права собственности истца на наследство ФИО6

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО7 к Департаменту жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, об установлении факта родственных отношений, признания отцовства, прекращении права собственности ответчиков, признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Преображенский районный суд г. Москвы.

Судья Новикова О.А.

Корпорация права ©2014 Сorpolaw.ru